Глава 18
Неудачливые визитёры

В Москву, в вагоне
номер девять,
приехал ладный господин –
Поплавский
Максимилиан Андреевич:
в костюме, саквояж… Один…
Намедни получил депешу:
«Меня зарезал вдруг трамвай!
Хоронят в пятницу,
в пятнадцать.
эМ. Берлиоз. Так приезжай!»

Текст удивительный
и странный –
а как ещё его понять?
Разрез смертелен…
Или рваный?
Тогда зачем же умирать!?
Другая мысль точила дУшу –
Поплавский жаждал
жить в Москве.
Обмен – один другого хуже!
А тут – Фортуна налегке!..

Наследство надо бы присвоить,
пока другие не придут!
Во-первых, прописаться стоит:
тогда жильё не отберут!
Вмиг этой мыслью окрылённый,
Поплавский ринулся на штурм:
в домкОм зашёл, что на садОвой,
так запланировал маршрут…

В домкОме странные делИшки:
всё руководство – как смели!
Где член правления, ПятнАжко?
Его ж под стражей увели!
«Какое в деле осложненье? –
Поплавский всё в уме крутил –
Пересажали же правленье:
кто что в домкОме натворил?»

Спеша в квартиру Берлиоза,
Поплавский нервно размышлял:
«Судьбы, увы, метаморфОза:
был жив – и вот,
ушёл в астрал?»
Зайдя в желанную квартиру,
попал Поплавский в полумрАк –
увидел странную картину:
расселся в кресле кот, с рюкзАк!

Ногой притопнувши
в прихожей,
гость вопрошал:
«А кто здесь есть?»
Из комнат Берлиоза вышел
Коровьев, сообщая весть.
Он, возбуждаясь экспрессИвно,
тут рассказал – как Берлиоз
трамваем расчленён картИнно.
И захлебнулся в море слёз!

Поплавский мысленно:
«Сердечный!
Бывают люди же в мирУ!»
В уме повис вопрос извечный:
«Квартиру выдали кому?!»
Переспросив:
«Вы были другом,
соседом, родственником…
Вдруг?!»
Коровьев молвил:
«Разум крУгом!
Приму грамм триста,
снять недУг…»

ПоплАвский:
«Кто дал телеграмму?»,
глядя Коровьему в глазА.
Вступился кот,
продливший драму:
«Ну, я послал!» В глазах – грозА!
ПоплАвский выпадом котЯры
был поражён, чуть не упал.
«Дай паспорт!» –
рявкнул кот для свАры.
Ну, как не дать? Конечно дал…

Затем позвал кот:
«азазелло!»
Тут появился рыжий хмырь:
в трико, с бельмом,
да клык огромный…
И гостя вытолкал, упырь!
Забывши мигом Берлиоза,
квартиру, погребенья час –
ПоплАвский
ринулся к вокзалу:
скорей домой,
без лишних фраз!

А в это время там, в квартире,
рождался новенький сюжет:
из варьетЕ, часа в четыре,
пришёл буфетчик на совет.
Его беда – про те червонцы,
что набросали с потолкА!
С них похмелЯлись
все чухонцы:
в фойе, в буфете и с лоткА…

Буфетчик сОков – на приёме,
и у него вопрос такОв:
«Как бы вернуть
убытки: в рОме
и коньяке, от тех хрустОв?»
И Воланд подсказал
просИльцу:
«Вы, вроде, бедный человек?»
В ответ кивнул буфетчик магу.
То был неправильный ответ!

Реально же, в пяти сберкассах,
лежал серьёзный капитал!
И двести золотых червонцев,
ещё из царских: «чёрный нал».
Маг сообщил сурово гостю,
что деньги –
больше ни к чему!
Умрёт от рака, тот,
не просто –
в седьмой палате, в МГУ!

Не проще ль
деньги те потратить
на пир горой, друзей и дам?
А в пик разгула –
выпить залпом
в фужере яда двести грамм?!
После таких нравоучений
буфетчик выскочил в подъезд!
А по дороге, возбуждённый,
метнулся уж к врачам окрест.

Пытаясь выяснить прогнозы:
так от чего, когда умрёт?
Со страхом ждал апофеоза:
кто Воланд – Повелитель, Чёрт?
…А что же дальше будет, люди,
в столице, в матушке-Москве?
Всё расскажу в иной прелюдии:
всё – в продолженьи, не во сне!