Глава 17
Беспокойный день

Весь персонал, какой возможно,
из варьете глазел уж час:
внизу, змеёю растревоженной,
тянулась очередь до касс,
где во главе – одни барыги:
их знает театральный мир!
Рассказы множились в интриги –
кто слышал про вчерашний пир?

ажиотаж средь театралов –
опять милиция с утра!
Для усмирения скандалов –
наряды пеших, конных, м-да!
А в варьете – внутри разборки,
все ищут: руководство где?!
Их дома нет, и на планёрке –
сбежали, может, по нужде?

Где финдиректор? В кабинете
оставлен форменный бардак:
стекло разбито, на паркете
валялись – кресло,
стул, пиджак.
Жена директора – в стенаньях:
«Где Римский?
След его пропал!»
Бухгалтер варьете –
в страданьях:
куда теперь пристроить нал?

С милицией пришла собака…
Шептались: «Это – Туз Бубён!
Пёс прозван
за бульдожью хватку –
он словно сыщиком рождён!»
Попытки взять
следы пропавших,
пса привели к автостоянке –
где Римский
в ночь, за «пятихатку»
такси поймал
на Ленинградский.

Вещдок искали – где афиши?
Но ничего не находили!
Неужто, всё стащили мыши?
Иль ничего здесь не хранили?
Искали Груню, Варенуху,
и Лиходеева, и мага,
да Гришу Римского…
непруха:
куда все делись – непонятно!

Бухгалтер двигался по плану:
с докладом о вчерашнем шоу,
сдать выручку
дневную – в кассу,
чтоб успокоиться душОю.
С большою суммою
в портфеле
он стал искать себе таксиста.
Но все шарахались на деле –
в страх избегали финансиста.

В итоге – сел в авто к таксисту…
Тот рассказал: мол, все десятки,
как будто силою нечистой,
превращены в бумажки гладки.
Прибыв в Комиссию для зрелищ,
бухгалтер ринулся
к начальству –
чтоб изложить: что было в зале,
чем всё закончилось…
Буквально.

Из секретарской
слышны стоны –
там Анна Ричардовна в шоке!
Прохор Петрович, как бозоны –
неосязАемый в итоге!
К нему пришла всё та же свита:
кот Бегемот, Фагот в пенсне…
Была та банда – ох, сердита,
послав его к чертям в турне!

Бухгалтер – перестраховаться
метнулся срочно в филиал,
а там другое наважденье:
весь персонал «сел на вокал»!
Там Клетчатый, в пенсне,
из свиты –
подбил начальство:
чтоб в кружке
петь песни хоровой сюиты
о Шилке, Нерчинске, Торжке!

Все пели всласть, самозабвенно,
до исступленья, хрипоты!
Как будто им тут, внутривенно,
ввели растворы наркоты…
В итоге всех поющих – стоя
на три машины. И – в больницу!
Кругом подумали – маёвка:
за город едут веселиться.

А потерявший ум бухгалтер
летел – все деньги
сдать на кассу.
Наизготовку,
словно «Вальтер» –
не ожидал судьбы гримасу!
…В окошке для приёма денег
он развернул пакет наличных,
а там – доллары, фунты, кроны,
и латы в суммах неприличных!